Фёдор Овчинников, основатель «Додо Пиццы»: Что происходит с историей о «наркотрафике из Латинской Америки»? Додо пицца основатель


следователи отстали от основателя "Додо Пиццы" – Новости Варламов.ру

Основатель сети "Додо Пицца" Федор Овчинников, которого вызывали на допросы после того, как в одной из пиццерий дважды нашли наркотики, сообщил о смене позиции следствия по уголовному делу. Оно возбуждено по части 5 статьи 228.1 УК (незаконный сбыт наркотиков в особо крупном размере), максимальное наказание – пожизненное лишение свободы.

Овчинников проходит по этому делу как свидетель. Изначально следователи утверждали, что его подозревают в распространении наркотиков, поступающих из Латинской Америки, под прикрытием сети пиццерий. Предприниматель опасался, что может стать подозреваемым и оказаться как минимум под домашним арестом.

"Закладки" весом 550 и 200 граммов были найдены в кафе, к которому Овчинников не имеет никакого юридического отношения, данное заведение управляется его партнером-франчайзи. В обоих случаях наркотики находили сотрудники пиццерии, они же и вызывали полицию. Свою причастность к распространению запрещенных веществ основатель "Додо Пиццы" категорически отрицает.

Как сообщил Овчинников, следователь признал, что "все это какое-то недоразумение" и его больше не будут вызывать на допросы. "Предполагаю, что для нас эта история на том и закончится. Мы не будем больше ходить на допросы, а дело против неустановленных лиц перейдет в разряд нераскрытых", – написал он у себя в фейсбуке.

"Когда наша история получила, благодаря вашей поддержке, очень широкую огласку, наше дело из ОВД Южное Медведково передали в вышестоящую инстанцию – в отделение МВД по Северо-восточному административному округу города Москвы. В конце прошлой недели на допрос в качестве свидетеля к новому следователю сходил наш партнер-франчайзи в Москве Станислав Семионов. Следователь СВАО общался уже совершенно по-другому. Он сообщил, что все это какое-то недоразумение. Он вообще не понимает, зачем на допрос был вызван основатель компании, и пообещал, что больше допросов не будет.

Следователь предположил, что две "закладки", которые были найдены нашими сотрудниками в одной и той же пиццерии в Москве в ноябре и январе, объединить в одно дело не получится, так как доказать, что обнаруженное вещество из одной партии не представляется возможным. Станислав дал показания об обстоятельствах обнаружения "закладок" в туалете сотрудниками его пиццерии. На этом все закончилось.

На допросе был только один странный момент. Следователь сообщил адвокату и нашему партнеру-франчайзи, что я дал неверную информацию полиции на первом допросе. Сказал, что у меня нет судимостей, но они проверили и на самом деле у меня есть погашенная судимость за мошенничество. Это абсолютная неправда. Что это, ошибка или своеобразный психологический прием, чтобы посмотреть на реакцию слушателей?

Чтобы оценить, будет ли развиваться это дело или все действительно на этом и закончится, надо знать, что за ним стояло. Люди называли разные версии: отъем бизнеса, происки конкурентов, месть обиженных, коррупция, "проверка" на прочность, просто рутинная отработка дела. Некоторые даже считали, что мы это сами все раздули ради пиара. Хотя последнее, что нам нужно, – это ассоциации нашей компании с делом о наркотиках.

Изложу свое субъективное мнение, основанное на анализе известных фактов. Я не считаю, что наш бизнес хотели отобрать – хотя бы потому, что без нашей команды он ничего не стоит. Не верю и в версию о конкурентах – на нашем рынке так конкурировать просто бессмысленно, а наши крупнейшие соперники – это уважаемые международные компании.

Но я не думаю, что это было и рутинной полицейской работой. Безумная анонимка о том, что мы якобы под видом сети пиццерий занимаемся поставкой наркотиков из Латинской Америки, поступила в полицию 1 октября. В ней были указаны адреса пяти пиццерий, задействованных в "схеме наркотрафика". 23 ноября именно в одной из пиццерий этого списка в туалете для гостей наши сотрудники и обнаружили закладку наркотических средств.

Есть три версии, которыми можно объяснить связь этих событий. Первая: анонимное обвинение – правда, весь бизнес "Додо Пиццы" это просто прикрытие. Вторая: заявление от какого-то безумца с указанием адреса пиццерии и найденная через 23 дня "закладка" именно в этой пиццерии – просто случайное совпадение. Третье: и письмо, и "закладка" – части одной спланированной провокации.

Что еще было необычного в этой истории? Безумное заявление было написано от лица Прониной Екатерины Викторовны. На основании именно этого заявления я был привлечен к делу как свидетель, несмотря на то, что не имею никакого отношения к управлению пиццерией в Медведково, где наши сотрудники нашли "закладку". Эта пиццерия принадлежит нашему партнеру-франчайзи в Москве Станиславу Семионову.

Следователь очень настойчиво вызывала меня на допрос в качестве свидетеля в ОВД Южное Медведково, при этом три месяца с момента поступления заявления полиция не пыталась установить, кто такая Пронина, хотя в заявлении было указано, что она имеет отношения к "Додо Пицце" в Люберцах. Пользователи интернета нашли настоящую Пронину за пару часов, при этом настоящая Екатерина, инвестор нашей пиццерии в Люберцах, сказала, что заявление не писала и ее подпись подделана. Мой допрос в ОВД Медведково начался с того, что следователь объявила мне грозную статью "распространение в особо крупных размерах с наказанием вплоть до пожизненного", и представлял из себя попытку связать меня и пиццерию в Медведково, где были найдены "закладки".

У нас есть основания полагать, что все это было спланированной провокацией, и написали об этом заявление в надзорные органы и полицию. Что стоит за этой историей? Вы можете не поверить, но я пишу совершенно искренне, мы не знаем, кто и зачем все это мог организовать. У нас нет врагов. Но при этом мы понимаем, что вокруг – достаточно агрессивная бизнес-среда. Возможно, наши открытые цифры у кого-то вызывают зависть (хотя мы еще по сути стартап, и наша управляющая компания по-прежнему убыточна). Может быть, кому-то показалось, что мы богаты и могли бы поделиться? Если даже дела не выйдет, всегда ведь можно затаскать людей по допросам. Кто-то на нашем месте дал бы слабину – и был бы готов "договариваться".

Но это не наш путь. С самого начала мы ведем бизнес открыто – все на ладони, "Додо Пицца" де факто сегодня самая прозрачная частная компания в России. Нам сложно что-то предъявить. И мы всегда будем открыто защищать интересы компании, бизнеса, инвесторов, сотрудников.

Я не думаю, что атака преследовала серьезные цели – скорее это была разведка боем. В то же время мы почувствовали, что нас поддерживает множество людей – журналисты, бизнесмены, политики... Поэтому предполагаю, что для нас эта история на том и закончится. Мы не будем больше ходить на допросы, а дело против неустановленных лиц перейдет в разряд нераскрытых. Риски, которые создает наша публичность, никак не сопоставимы с той воображаемой выгодой, которую можно получить от нашего бизнеса.

Мы идеалисты, но мы никогда не идеализировали Россию. Эта история сделает нас сильнее. Мы намерены открывать пиццерии по всему миру в странах с разной бизнес-средой, и в Южной Америке и в Африке, и мы готовы к разным вызовам. Мы уже принимаем серьезные меры, чтобы не дать использовать наши пиццерии для противоправных действий. Мы поставили цель – сделать наши пиццерии самым некомфортным местом для любых криминальных элементов. Исключим возможность что-то спрятать в туалетах, закроем все люки и вентиляционные отверстия. Убедимся, что в пиццериях нет слепых зон для видеокамер. Введем регулярные проверки мест, в которых можно что-то оставить.

Ну и конечно, мы продолжим вести бизнес так, чтобы к нам просто невозможно было придраться. Мы по-прежнему будем вести бизнес открыто. И будем теперь готовы отстаивать интересы компании всеми законными способами.

Спасибо за поддержку!

Федор Овчинников

varlamov.ru

Что происходит с историей о «наркотрафике из Латинской Америки»? — Блоги — Эхо Москвы, 21.02.2018

2892338

Фёдор Овчинников, основатель «Додо Пиццы»: Когда наша история получила, благодаря вашей поддержке, очень широкую огласку, наше дело из ОВД Южное Медведково передали в вышестоящую инстанцию — в отделение МВД по Северо-восточному административному округу города Москвы. В конце прошлой недели на допрос в качестве свидетеля к новому следователю сходил наш партнер-франчайзи в Москве Станислав Семионов. Следователь СВАО общался уже совершенно по-другому. Он сообщил, что все это какое-то недоразумение. Он вообще не понимает, зачем на допрос был вызван основатель компании, и пообещал, что больше допросов не будет.

Следователь предположил, что две «закладки», которые были найдены нашими сотрудниками в одной и той же пиццерии в Москве в ноябре и январе, объединить в одно дело не получится, так как доказать, что обнаруженное вещество из одной партии не представляется возможным. Станислав дал показания об обстоятельствах обнаружения «закладок» в туалете сотрудниками его пиццерии. На этом все закончилось.

На допросе был только один странный момент. Следователь сообщил адвокату и нашему партнеру-франчайзи, что я дал неверную информацию полиции на первом допросе. Сказал, что у меня нет судимостей, но они проверили и на самом деле у меня есть погашенная судимость за мошенничество. Это абсолютная неправда. Что это, ошибка или своеобразный психологический прием, чтобы посмотреть на реакцию слушателей?

Чтобы оценить, будет ли развиваться это дело или все действительно на этом и закончится, надо знать, что за ним стояло. Люди называли разные версии: отъем бизнеса, происки конкурентов, месть обиженных, коррупция, «проверка» на прочность, просто рутинная отработка дела. Некоторые даже считали, что мы это сами все раздули ради пиара. Хотя последнее, что нам нужно, — это ассоциации нашей компании с делом о наркотиках. Изложу свое субъективное мнение, основанное на анализе известных фактов. Я не считаю, что наш бизнес хотели отобрать — хотя бы потому, что без нашей команды он ничего не стоит. Не верю и в версию о конкурентах — на нашем рынке так конкурировать просто бессмысленно, а наши крупнейшие соперники — это уважаемые международные компании.

Но я не думаю, что это было и рутинной полицейской работой. Безумная анонимка о том, что мы якобы под видом сети пиццерий занимаемся поставкой наркотиков из Латинской Америки, поступила в полицию 1 октября. В ней были указаны адреса пяти пиццерий, задействованных в «схеме наркотрафика». 23 ноября именно в одной из пиццерий этого списка в туалете для гостей наши сотрудники и обнаружили закладку наркотических средств.

Есть три версии, которыми можно объяснить связь этих событий. Первая: анонимное обвинение — правда, весь бизнес «Додо Пиццы» это просто прикрытие. Вторая: заявление от какого-то безумца с указанием адреса пиццерии и найденная через 23 дня «закладка» именно в этой пиццерии — просто случайное совпадение. Третье: и письмо, и «закладка» — части одной спланированной провокации.

Что еще было необычного в этой истории? Безумное заявление было написано от лица Прониной Екатерины Викторовны. На основании именно этого заявления я был привлечен к делу как свидетель, несмотря на то, что не имею никакого отношения к управлению пиццерией в Медведково, где наши сотрудники нашли «закладку». Эта пиццерия принадлежит нашему партнеру-франчайзи в Москве Станиславу Семионову.

Следователь очень настойчиво вызывала меня на допрос в качестве свидетеля в ОВД Южное Медведково, при этом три месяца с момента поступления заявления полиция не пыталась установить, кто такая Пронина, хотя в заявлении было указано, что она имеет отношения к «Додо Пицце» в Люберцах. Пользователи интернета нашли настоящую Пронину за пару часов, при этом настоящая Екатерина, инвестор нашей пиццерии в Люберцах, сказала, что заявление не писала и ее подпись подделана. Мой допрос в ОВД Медведково начался с того, что следователь объявила мне грозную статью «распространение в особо крупных размерах с наказанием вплоть до пожизненного», и представлял из себя попытку связать меня и пиццерию в Медведково, где были найдены «закладки».

У нас есть основания полагать, что все это было спланированной провокацией, и написали об этом заявление в надзорные органы и полицию. Что стоит за этой историей? Вы можете не поверить, но я пишу совершенно искренне, мы не знаем, кто и зачем все это мог организовать. У нас нет врагов. Но при этом мы понимаем, что вокруг — достаточно агрессивная бизнес-среда. Возможно, наши открытые цифры у кого-то вызывают зависть (хотя мы еще по сути стартап, и наша управляющая компания по-прежнему убыточна). Может быть, кому-то показалось, что мы богаты и могли бы поделиться? Если даже дела не выйдет, всегда ведь можно затаскать людей по допросам. Кто-то на нашем месте дал бы слабину — и был бы готов «договариваться».

Но это не наш путь. С самого начала мы ведем бизнес открыто — все на ладони, «Додо Пицца» де факто сегодня самая прозрачная частная компания в России. Нам сложно что-то предъявить. И мы всегда будем открыто защищать интересы компании, бизнеса, инвесторов, сотрудников.

Я не думаю, что атака преследовала серьезные цели — скорее это была разведка боем. В то же время мы почувствовали, что нас поддерживает множество людей — журналисты, бизнесмены, политики… Поэтому предполагаю, что для нас эта история на том и закончится. Мы не будем больше ходить на допросы, а дело против неустановленных лиц перейдет в разряд нераскрытых. Риски, которые создает наша публичность, никак не сопоставимы с той воображаемой выгодой, которую можно получить от нашего бизнеса.

Мы идеалисты, но мы никогда не идеализировали Россию. Эта история сделает нас сильнее. Мы намерены открывать пиццерии по всему миру в странах с разной бизнес-средой, и в Южной Америке и в Африке, и мы готовы к разным вызовам. Мы уже принимаем серьезные меры, чтобы не дать использовать наши пиццерии для противоправных действий. Мы поставили цель — сделать наши пиццерии самым некомфортным местом для любых криминальных элементов. Исключим возможность что-то спрятать в туалетах, закроем все люки и вентиляционные отверстия. Убедимся, что в пиццериях нет слепых зон для видеокамер. Введем регулярные проверки мест, в которых можно что-то оставить.

Ну и конечно, мы продолжим вести бизнес так, чтобы к нам просто невозможно было придраться. Мы по-прежнему будем вести бизнес открыто. И будем теперь готовы отстаивать интересы компании всеми законными способами.

Спасибо за поддержку!

Оригинал

echo.msk.ru

Еще один почти все понял © Основатель «Додо пиццы» рассказал о «настойчивых» вызовах на допрос

Федор Овчинников, основатель успешного сыктывкарского стартапа ДОДО Пицца попал на спецслужбы. Ходорковский, Чичиваркин, Дуров, Гусинский, принимайте парня в клуб! Как же хорошо что Пыня лихие девяностые собственноручно остановил.

https://www.facebook.com/ovchinnikov.fedor/posts/10215247075951345

Чуть больше месяца назад, перед самым Новым годом, получил звонок с неизвестного телефонного номера. Звонящий представился оперуполномоченным отдела полиции Южное Медведково:

- Федор Владимирович, вы обязаны явиться на допрос по делу о распространении наркотиков в ваших пиццериях.

Я подумал, что это какой-то странный розыгрыш. Гус Фринг?

Оперуполномоченный начал очень агрессивно разговаривать, напирая на то, что я обязан срочно явиться на допрос. Это был прямо очень агрессивно, как будто хотят напугать. Я был в это время на встрече и попросил выслать запрос в письменном виде и положил трубку. Он сразу же перезвонил и начал опять агрессивно давить: "Почему вы бросаете трубку?". Я повторил просьбу, так как по телефону не могу быть уверен о том, что это действительно официальный запрос, положил и больше не брал трубку.

После этого мы связались с партнером-франчайзи, владеющий пиццериями в Южном Медвеково. Как оказалось, в одной из пиццерий в туалете была действительно обнаружена "закладка" наркотических веществ. Обнаружил ее сотрудник пиццерии, производиший уборку. Управляющий пиццерии вызвал полицию. Они все оформили, зафиксировали.

Мы обсудили с партнером этот звонок и не придали ему большого значения.

Сегодня полчаса назад опять получаю звонок с неизвестного номера от девушки:- Здравствуйе, это следователь отдела полиции Южное Медведково. Вы обязаны явиться в качестве свидетеля на допрос. - Подскажите, пожалуйста, допрос в качестве свидетеля по какому делу?- Я не обязана это говорить.- Это связано с найденными наркотиками в пиццерии?- Я не обязана вам ничего говорить. Вы должны явиться на допрос.- Дело в том, что мне уже звонил ваш коллега из Южного Медковов и он мне говорил о том, что дело связано с найденными наркотиками. Вы знаете, я бы хотел вам помочь, но не имею отношения к управлению пиццерии в Медведково. У нас большая сеть и большая компания. Пиццерий очень много. Я даже не имею юридического отношения к данной конкретной пиццерии. Эта пиццерия принадлежит и управляется нашим партнером-франчайзи. Пиццерия - публичное место, если в ее туалете что-то найдено, как я могу вам помочь? Я точно могу помочь в качестве свидетеля?- Я не буду вам ничего объяснять. Вы обязаны явиться на допрос. - Вы можете прислать мне официальный письменный запрос?- Нет. Не обязана.- А как вы удостоверитесь, что я действительно Федор Овчинников? Откуда у вас мой личный мобильный номер?- Номер получен от надежных источников. - А почему я должен быть уверен, что вы именно следователь района Южное Медвеково, а не кто-либо иной? Я же не вижу ваши документы?- Слушайте, вы должны явиться на допрос.- Я достаточно занятой человек. У меня очень плотный график. Мне даже записать ваш адрес сейчас неудобно, нет ничего под рукой. - Я вам вышлю SMS.- Ок, высылайте, но я в любом случае проконсультируюсь с юристами по поводу письменного запроса. Я уважаю вашу работу и готов исполнять законные требования, но у меня очень мало времени. До свидания!

Кладу трубку. Опять звонок:- Почему вы бросаете трубку? Скажите, когда вы сможете явиться на допрос? Если в не явитесь, мы приведем вас силой. - Мне надо уточнить правомерность ваших требований. Я даже не знаю от вас, свидетелем по какому делу я прохожу... Вы не сказали мне это. - Не перебивайте меня. Я сказала, что если вы не явитесь, мы доставим вас с помощью сотрудников полиции. Вам понятно? В какое время, вы явитесь?- У меня плотный график, я вам так сразу в принципе не могу сказать по свободному времени. Давайте я проконсультируюсь с нашими юристами. Жду от вас SMS. Извините, всего доброго.

Получил SMS. Обсудили с юристами. Оказывается, действительно следователь вправе вызывать свидетеля по телефону, но должен сообщить по какому делу. Следователи этим пользуются. Если два раза не явиться, действительно могут отправить наряд и привезти силой.

С учетом того, что и следователь, и оперуполномоченный, говорили со мной крайне агрессивно, давили, и сам вызов меня свидетелем по этому делу (хотя я официально не знаю даже по какому) достаточно подозрительны, мы решили, что мне нужна будет помощь адвоката.

Друзья, если среди вас есть адвокаты с опытом подобной практики или среди ваших знакомых, буду рад вашей помощи - пишите на [email protected] Заранее спасибо!

Update. Большое спасибо всем за помощь и поддержку. Нашли отличного адвоката и поговорили с опытными людьми. Что я узнал нового?

Подобная процедура вызова свидетелей и манера общения, к сожалению, обычная практика следственных органов. По телефону вызвать могут - отказаться и попросить письменную повестку тоже можно, но для следствия это сложности, так как тебя должны найти оперуполномоченные, чтобы вручить эту самую повестку, поэтому следователь и пытается давить по телефону. Как правило, в таких случаях могут сразу "доставить" к следователю вместе с врученной повесткой. Например, придут с повесткой в 8 утра, а на допрос - в 9 утра и уклоняеться не имеешь права. Свидетель обязан явиться к следователю. Так устроена система.Для тех, кто в комментариях писал, что надо было сразу согласиться на всё и вообще "не нагнетать", хочу сказать: обычный человек, не знакомый с российской следственной системой, не готов к тому, что ему звонят незнакомые люди, агрессивно давят и заставляют срочно куда-то явиться. Следователь отказался говорить мне, по какому делу меня вызывают. В данный момент в нашей сети 297 пиццерий. По каждому проишествию в каждой пиццерии я могу проходить свидетелем по решению следователей, и буду обязан являться по первому телефонному звонку, не получив даже информации о деле?Отсюда: https://www.facebook.com/ovchinnikov.fedor/posts/10215247075951345

Вот это до скрипа души напомнило Пашу Дурова и его прощальный пост о том, как же он любит жить в России и никогда и никуда из нее не уедет (через две недели он эмигрировал):

Как только я опубликую эту заметку, кто-то в комментариях напишет: “Дядька, чего же ты хотел… Это Россия!”. Пожалуйста, не пишите. Я не знаю, кто это устроил, но они не заставят меня разлюбить нашу страну, людей вокруг, стать унылым пессимистом. Здесь живут прекрасные люди. Они окружают и вдохновляют меня каждый день. Мы не остановимся, не озлобимся, не перестанем вести в России честный и открытый бизнес, доказывать своей работой, своим трудом и энергией, что это возможно. Здесь. Чтобы не случилось.

Пари-прогноз:

Как закончится этот кейс?

Додо пиццу отожмут по той же схеме как ВКонтакте отжали

208(52.8%)

Додо пицца откупится небольшой долей акций

44(11.2%)

Додо пицца победит в суде, благодаря хорошему адвокату

16(4.1%)

Дело нелепое и развалится после публичной огласки, СМИ помогут

112(28.4%)

Другой вариант в комментариях

14(3.6%)

pora-valit.livejournal.com

Основатель «Додо пиццы» отверг причастность партнёра по бизнесу к заявлению о поставках наркотиков в пиццериях

Основатель «Додо пиццы» Фёдор Овчинников в разговоре с vc.ru заявил, что не считает совладелицу пиццерии в Люберцах Екатерину Пронину связаной с заявлением о причастности предпринимателя к поставкам наркотиков, которое подписала некая Пронина Е. В.

Поделиться

Поделиться

Твитнуть

В избранное

В избранном

Предприниматель рассказал, что Екатерина Пронина — инвестор пиццерии в Люберцах. О её существовании Овчинников узнал только 8 февраля и ранее не был с ней знаком, а сейчас считает её жертвой сложившейся ситуации и чьей-то «подставы».

Совершенно ужасно, что человека начинают обвинять в соцсетях, не разобравшись. У нас прекрасные отношения с франчайзи в Люберцах, не было никаких конфликтов. Мы общались с ним, он говорит, что у него никаких конфликтов с Екатериной, его инвестором, нет. Наш партнёр сказал мне, что она адекватная женщина и не будет писать такие обвинения.

Я вчера обратил внимание на подпись под заявлением и мне сегодня показали документы, которые подписывает Пронина. Это разные подписи.

Мне кажется, что это какая-то подстава. Представьте, что пишется заведомо ложный донос. Я вчера не придал этому значения, но на заявлении было указано, что автор связан с пиццерией в городе Люберцы, и указан адрес. Полиция не проверила, кто является учредителем пиццерии в Люберцах, они сказали, что не знают, кто это [автор заявления], и не общались с ним.

Фёдор Овчинников

основатель «Додо пиццы»

Овчинников добавил, что в заявлении был список пиццерий, где якобы найдены наркотики. В нём были указаны заведения в Москве, принадлежащие Станиславу Семионову, одному из франчайзи. Пиццерии в Люберцах в этом перечне не было. Семионов отказался общаться с vc.ru, предложив позвонить в другой день.

8 февраля Овчинникова вызвали на повторный допрос, сообщил он на своей странице в Facebook.

Впервые о вызовах на допрос Овчинников рассказал в конце января 2018 года. Тогда он сообщил, что следствие интересуется делом о наркотиках, которые нашёл сотрудник «Додо пиццы» во время уборки в туалете заведения в Южном Медведково.

7 февраля Овчинников сообщил, что побывал на допросе и объяснил, что не связан напрямую с отдельными пиццериями — его компания «Пицца Венчур» владеет франшизой «Додо пицца», а заведения открывают партнёры-франчайзи. По его словам, следователь показала ему заявление, подписанное неизвестной предпринимателю Прониной Е. В. В документе якобы утверждалось, что Овчинников и его партнёр-франчайзи связаны с поставками и продажей наркотиков из Латинской Америки, писал основатель «Додо пиццы».

Женщина с таким же именем и фамилией владеет 50% ООО «Витаголд» — это компания управляет пиццерией «Додо пицца» в Люберцах. Она и совладелец организации Вячеслав Прокудин не ответили на вопросы vc.ru, заданные через «ВКонтакте». Представители МВД не ответили на запрос vc.ru.

Обновлено в 16:50. Редакция vc.ru пообщалась с Екатериной Прониной — её номер предоставил Овчинников. В разговоре она сообщила, что была не в курсе ситуации, а её подпись на заявлении подделана.

Я сама была не в курсе заявления, что оно подано от моего имени и в другом районе Москвы, я там не проживаю. Подпись там не моя, она сфабрикована, просто взяли фамилию кого-то из инвесторов.

Это происки кого-то из конкурентов, к кому-то попала информация с нашими данными. Может кто-то, возможно, работал и перешёл к конкурентам. Некоторые конкуренты нечестные, [для них] все методы хороши.

Я, естественно, обращусь в органы с целью защиты своего имени, которое использовали для фабрикации заявления.

Екатерина Пронина

инвестор «Додо пиццы» в Люберцах

#новость #делододо

vc.ru

Основателя "Додо Пиццы" вызвали на второй допрос – Новости Варламов.ру

Основателя сети "Додо Пицца" Федора Овчинникова во второй раз вызвали на допрос по уголовному делу о распространении наркотиков через пиццерии. "Сегодня же меня неожиданно вызвали на повторный допрос", – написал он у себя в фейсбуке, не уточнив, когда он пройдет.

Дело возбуждено по статье о незаконном сбыте наркотиков в особо крупном размере (часть 5 статьи 228.1 УК), максимальное наказание по ней – пожизненное лишение свободы. Овчинников сейчас проходит по нему как свидетель, он опасается, что может стать подозреваемым.

Первый допрос состоялся вчера, 7 февраля. "Следователь рассказала о том, что "закладки" нашли в нескольких пиццериях нашего московского партнера-франчайзи", – рассказал предприниматель, подчеркнув, что он не имеет "юридического отношения к операционной деятельности франчайзинговых пиццерий".

Сегодня в МВД сообщили, что речь идет о двух "закладках" весом 550 и 200 граммов, найденных в одном кафе "Додо Пиццы". В обоих случаях пакеты с веществом (производным Н-метилэфедрона) находили сотрудники пиццерии, они же и вызывали полицию.

По словам Овчинникова, уголовное дело возбудили по заявлению некой Прониной Е.В., которая утверждала, что он под прикрытием сети пиццерий занимается поставками наркотиков из Латинской Америки. Екатерина Пронина – так зовут соучредительницу франчайзи "Додо Пиццы" в Люберцах, однако, по словам предпринимателя, скорее всего, кто-то просто использовал ее имя при подачи заявления.

"Факты таковы. Екатерина Пронина хотела стать франчайзи "Додо Пиццы" и приезжала к нам на обучение. Стало понятно, что этот бизнес ей не очень подходит, сотрудничество не состоялось, мы вернули уплаченный паушальный взнос. При этом Екатерина Пронина сохранила интерес к "Додо Пицце" и после этого стала инвестором пиццерии нашего партнера в Люберцах Вячеслава Прокудина.

Хочу подчеркнуть, что о Екатерине Прониной я до вчерашнего дня вообще ничего не знал. У нас сейчас много партнеров, и я обычно знакомлюсь с ними после того, как они успешно завершают обучение. И я не знаю лично всех инвесторов в партнерские пиццерии. При этом у нас хорошие отношения с партнером в Люберцах, никаких конфликтов не было. Вячеслав сам в шоке от происходящего.

Мы нашли документы, подписанные Екатериной Прониной. Подпись на заявлении в милицию я помню, и насколько могу судить, она вообще не похожа на подпись Екатерины.

Установить истину и сказать, имеет ли отношение Екатерина Пронина к "Прониной Е.В." и этому заявлению, легко могло бы следствие. В заявлении, которое мне вчера показала следователь, было указано, что заявитель знает о "преступлении", потому что имеет отношение именно к пиццерии в Люберцах. Чтобы узнать, что как раз в этой пиццерии есть совладелец с такой же фамилией, интернет-пользователем потребовалось пары часов. У милиции было три месяца. При этом на допросе следователь сказала мне, что им не известно, кто такая Пронина Е.В.

Исходя из всего этого, я только могу предположить, что имя Прониной Екатерины кто-то использовал, чтобы придать убедительности ложному доносу. Подавая заявление в милицию с заведомо абсурдными обвинениями – и рисками самому попасть за это в неприятности с милицией – вряд ли человек будет подписываться своим именем, и еще включать информацию, которая позволит легко идентифицировать заявителя.

Тем временем, сегодня же меня неожиданно вызвали на повторный допрос".

Федор Овчинников

В интервью радиостанции "Говорит Москва" Овчинников исключил, что у него таким образом пытаются "отжать" бизнес."Я сразу могу исключить точно две популярные версии. Одну, по поводу отжатия бизнеса – потому что у нас нечего отжимать. У нас IT-бизнес, мы продаём франшизу, в ядре которой сайт, приложение. Франчайзи покупает некое решение для управления пиццерией. Мы инвестируем деньги в эту систему, компания вкладывает, а не зарабатывает. Бизнес децентрализованный, потому что все пиццерии принадлежат франчайзи. Это предприниматели, которые заложили свои квартиры, чтобы эти пиццерии открыть, мелкие предприниматели. Поэтому забрать бизнес – это странно.

Конкуренты – то же самое. На нашем рынке конкуренция не так важна, важен клиент. И второе – всех наших конкурентов я знаю, это порядочные люди, мы с ними общаемся. Это крупные хорошие компании. Я эту версию исключаю.

Наш партнёр – предприниматель, он проходит как свидетель, но в этом деле есть обвинение полуанонимной гражданки, которой никто не видел. Я не знаю этого человека. Конечно, мы, в первую очередь, обратимся в правоохранительные органы с заявлением о клевете.

Возможно, известность и рост компании привлекли внимание. Я даже не знаю, что они хотят. Это сюрреализм какой-то сфабрикованный, для меня это очевидно. У нас очень открытая сеть, мы публикуем выручку в онлайне. Возможно, эти публикации люди смотрят – 6 млрд выручки, они же не понимают, что это выручка огромного количества предпринимателей, которые купили нашу франшизу.

Я лично не удовлетворён следствием. Меня вызывают по некому анонимному доносу и основное, что меня спрашивали, – пытались создать связь меня и этой пиццерии, где были найдены наркотики. Я фактически не имею отношения к деятельности этих пиццерий операционно, потому что 300 пиццерий принадлежат разным предпринимателям. Я потерял много времени, нервов, для меня это полный шок. Мне пришлось стать публичным и рассказывать про это. Я должен оправдываться из-за презумпции виновности. Мне пришлось об этом говорить, потому что если бы я об этом не сказал, я не знаю, до чего бы это могло довести. Там пожизненное заключение вообще по этой статье – распространение в особо крупных размерах".

Федор Овчинников, "Говорит Москва"

По данным СПАРК, Пронина Екатерина Викторовна – совладелица ООО "Витаголд", зарегистрированного в городе Люберцы. По этому же адресу находится одна из пиццерий "Додо". Совладелец "Витаголд" Вячеслав Прокудин подтвердил, что он является франчайзи "Додо Пиццы", но отвечать на вопросы о Екатерине Прониной отказался, так же как и передавать ей вопросы от The Bell. Сама Пронина, судя по данным СПАРК, больше ничем не владеет.

The Bell

8 февраля, 18:19 Екатерина Пронина рассказала журналистам, что не писала заявление на Овчинникова, кто-то использовал ее имя."Я сама была не в курсе заявления, что оно подано от моего имени и в другом районе Москвы, я там не проживаю. Подпись там не моя, она сфабрикована, просто взяли фамилию кого-то из инвесторов.

Это происки кого-то из конкурентов, к кому-то попала информация с нашими данными. Может кто-то, возможно, работал и перешёл к конкурентам. Некоторые конкуренты нечестные, [для них] все методы хороши.

Я, естественно, обращусь в органы с целью защиты своего имени, которое использовали для фабрикации заявления".

Екатерина Пронина, vc.ru

varlamov.ru

Основатель «Додо пиццы» рассказал о ходе допроса по делу о наркотиках

Я шел сегодня на допрос в ОВД по району Южное Медведково с уверенностью, что всё это просто какое-то глупое недоразумение. Вышел пару часов назад с ощущением нереальности происходящего. Мы обсудили с адвокатом и решили, что нам стоит сделать историю максимально публичной. Напомню, что произошло.

На прошлой неделе мне на мобильный телефон позвонил следователь из Южного Медведково и вызвал на допрос в качестве свидетеля по делу о «распространении наркотиков в наших пиццериях». Мне было известно, что в конце прошлого года в одной из московских пиццерий в туалете нашли «закладку» каких-то запрещенных препаратов. «Закладку» обнаружили сотрудники пиццерии, а владелец пиццерии вызвал полицию.

Юридически я не имел отношения к этой пиццерии, так как она принадлежала и управлялась нашим партнером-франчайзи. Так как я не знал ни дела, по которому меня вызывали, ни человека, представившегося следователем, я попросил выслать повестку в письменном виде, на что звонивший пообещал доставить меня на допрос с помощью полиции, если я не отреагирую. После этого мы решили работать с адвокатом, вместе с которым мы сегодня были на допросе в Южном Медведково.

Что нам сразу же сообщил следователь? Возбуждено уголовное дело по статье 228.1 пункт 5 «Незаконные производство, сбыт или пересылка наркотических средств в особо крупных размерах» с наказанием вплоть до пожизненного заключения. Дальше началось самое интересное.

Следователь сказала, что дело к ним пришло из Центра. На Петровку, 38 в главное управление МВД России по городу Москва, поступило заявление от некой Прониной Е. В. о том, что под прикрытием сети пиццерий я и наш партнер-франчайзи в Москве занимаемся распространением наркотических средств. Поставки идут из Латинской Америки. Для этого я постоянно езжу за границу, где у нас работают пиццерии для прикрытия. В заявлении, как сказал следователь, был указан мой мобильный телефон. Дальше дело из центра пришло к ним в Медведково, где была обнаружена «закладка», и теперь они его расследуют на месте.

Мы сразу же задали вопрос, можно ли узнать подробнее о том, кто такая Пронина Е. В., её имя и отчество, и был ли проведен её допрос, ведь это серьезная клевета? Следователь ответила, что такой информации у нее нет, так как заявление пришло на Петровку, 38 по электронной почте, а узнавать информацию о человеке по фамилии и инициалам у МВД возможности нет. Что было дальше?

Следователь рассказала о том, что «закладки» нашли в нескольких пиццериях нашего московского партнера-франчайзи. Первый случай был зафиксирован 23 ноября. Это именно тот случай, когда «закладку» нашли сотрудники пиццерии. У нас, кстати, как раз в этот день был «День Директора», когда все руководители работают на кухне вместе с командами пиццерий.

Дальше вопросы были примерно такие: «Федор Владимирович, почему же вы, являясь генеральным директором “Додо пиццы”, не знаете, что у вас в сети осуществляется сбыт наркотиков?». Мы поправляли: «не сбыт», а просто некая «закладка», которую обнаружили в одном известном мне случае сами сотрудники пиццерии, а о других случаях мне ничего неизвестно. Дальше я долго объяснял, что я не имею юридического отношения к операционной деятельности франчайзинговых пиццерий.

Собственно, весь допрос заключался в установке моей связи с пиццерией в Медведково, а также моих отношений с партнером-франчайзи, владеющим пиццериями в Москве. Например, следователя интересовал вопрос, сколько раз в месяц я звоню нашему партнеру, поздравляю ли с днем рождения?

В процессе допроса следователю понадобилось что-то посмотреть и она открыла документ, внизу которого была подпись от руки и имя Прониной Екатерины Викторовны. Я указал следователю на этот документ и спросил, почему она сказала нам про обвинение электронной почте, если перед нами лежит письменно заявление Прониной Е. В.

Следователь смутилась и ответила, что было ещё письменное заявление, которое обнаружили в ящике для анонимных заявлений на Петровке, 38. Адвокат попросил ознакомиться с заявлением и следователь дала нам его прочитать. Оно было напечатано на бумаге, а подпись была сделана от руки. В заявлении были указаны пиццерии с адресами, в которых, по мнению Прониной Е. В., осуществляется «сбыт», озвученная ранее следователем история про поставки из Латинской Америки и истинную цель моих поездок за рубеж, мой мобильный телефон и электронная почта для связи — [email protected]

На заявлении в углу стояла огромная печать с надписью ФСБ и датой 1 ноября. Кто такая Пронина Е. В., по словам следователя, никто не знает. Мы спросили, будут ли её искать, и не получили конкретного ответа.

Итак, что мы имеем? На Петровку, 38 поступает в письменном и электронном виде одновременно заявление от некой Прониной Е. В. с серьезнейшим обвинением. Лично с Прониной Е. В., по словам следователя, никто не общался. Никто её не видел. Личность не устанавливали. 1 ноября заявление попадает в ФСБ, а 9 ноября, судя по штампу, попадает в ГУВД.

23 ноября сотрудники пиццерии в Медведково нашли в люке «закладку» каких-то веществ и вызвали полицию. Дальше сотрудники полиции начинают находить «закладки» в других пиццериях — ни я, ни франчайзи об этом не знаем. Дальше возбуждается дело о распространении наркотиков в особо крупных размерах. Меня и партнера-франчайзи вызывают на допрос.

Дальше, как сказал следователь, дела конкретных пиццерий объединяются и передаются наверх. А что будет дальше? Можно погрязнуть в допросах, а свидетель может легко быть переквалифицирован в подозреваемого с подпиской о невыезде.

Это все кажется фантастикой? Латинская Америка? Пиццерии за границей для прикрытия? Я слушал все это, и хотелось себя ущипнуть, чтобы поверить в реальность происходящего. Мне кажется, самому следователю, молодой красивой девушке, было неловко от всего этого.

Перед уходом я подарил ей нашу книгу — о том, как команде «Додо пиццы» удается двигать горы и менять мир. И знаете, мы не планируем останавливаться. Мы будем дальше прикладывая все наши силы, чтобы менять мир вокруг нас. Как только я опубликую эту заметку, кто-то в комментариях напишет: «Дядька, чего же ты хотел… Это Россия!».

Я не знаю, кто это устроил, но они не заставят меня разлюбить нашу страну, людей вокруг, стать унылым пессимистом. Здесь живут прекрасные люди. Они окружают и вдохновляют меня каждый день. Мы не остановимся, не озлобимся, не перестанем вести в России честный и открытый бизнес, доказывать своей работой, своим трудом и энергией, что это возможно здесь. Что бы ни случилось.

Что дальше? Мы напишем заявление о клевете. Будем искать некую Пронину Е. В. Ещё будем максимально публично освещать эту историю. Публичность — моя главная защита. Я уверен, что подавляющее большинство сотрудников МВД — нормальные порядочные люди, которые делают сложную работу, и им сейчас стыдно от абсурдности происходящего.

Хочу пожелать всем предпринимателям не попадать в подобные ситуации, а если попали, не идти на компромиссы, быть открытыми, только так мы можно что-то поменять. Заранее спасибо за репост, публичность — наша защита.

vc.ru

Основатель DoDoPizza Федор Овчинников: «От допроса у меня ощущение полного сюрреализма»

Основатель сети «Додо пицца» Федор Овчинников стал свидетелем по уголовному делу о наркотиках, найденных в одной из пиццерий. В среду Овчинников написал на своей странице в Facebook, что побывал на допросе в ОВД «Южное Медведково». Оказалось, в полицию от неизвестного лица поступил донос, якобы основатель «Додо пиццы» под прикрытием сети пиццерий распространяет наркотики из Латинской Америки. Ответив на вопросы, Овчинников подарил следователю свою книгу о том, как в сети «даже директора моют полы», «делают лучшую пиццу» и всегда внимательны к критике. В интервью Inc. предприниматель рассказал, почему надеется на адекватность сотрудников МВД и не планирует уезжать из России, несмотря на вероятный арест.

В ноябре сотрудники одной из пиццерий «Додо пиццы» нашли в туалете заведения закладку наркотиков. Следователь на допросе объяснила, что подобные закладки обнаружили еще в нескольких пиццериях (Овчинников говорит, что ему об этом ничего не известно). Сейчас основатель сети и его партнер-франчайзи (имя Федор не называет) проходят свидетелями по уголовному делу о незаконном производстве и сбыте наркотиков в особо крупных размерах (ст. 228.1 п. 5). Максимальное наказание по этой статье — пожизненное заключение.

«Додо пицца» в цифрах:

пиццерий в сети

стран, где работает сеть, в том числе Великобритания и США

минуты — среднее время доставки пиццы

Источник: данные компании

— Как вы себя чувствуете после допроса?

— Я очень устал и хочу поскорее лечь спать. Всё это дело для меня — полная неожиданность, это сюрреализм. Я надеюсь, он быстро закончится, и мы сможем заниматься нашим любимым делом — розничным бизнесом, IT, создавать продукты. Я такого не ожидал.

— Почему не ожидали? Вам ведь дважды звонили из полиции с вызовом не допрос. Вы не думали, что заведут уголовное дело?

— Я думал, что это просто рабочий процесс. Люди нашли эти запрещенные препараты, и им нужно опросить всех, кто может иметь к этому отношение. Кто-то на допросе в пиццерии сказал — мол, основатель Федор, и так они вышли на меня. Я думал, что это просто какая-то фигня и что она быстро закончится. Но обвинение, написанное непонятным человеком, у которого нет контактов, о котором ничего неизвестно, — это полный абсурд.

Бизнес, полиция и наркотики

Дело семьи Полухиных. В июле 2015 года в силу вступил приговор семье кондитеров из Воронежа. Хозяев местного кафе обвинили в сбыте запрещенной маковой соломки. Отец семейства, его супруга, ее сестра и дочь получили по восемь лет лишения свободы. Следствие шло более пяти лет.

Дело Дениса Федорова. Летом 2016 года московская полиция объявила в розыск оперативников ОВД «Хорошево-Мневники» Тимофея Панченко, Александра Нежевенко и Владимира Дмитриева. Сотрудников ведомства подозревали в том, что они подбросили наркотики начальнику отдела сбыта ТД «Молдавский металлургический завод» Денису Федорову. По версии следствия, фабрикацию дела инициировала супруга управленца. Задержаны ли оперативники, не сообщалось.

Дело Дениса Клевакина. В августе 2017 года в Омске был задержан предприниматель Денис Клевакин, управляющий сразу тремя омскими строительными фирмами. На парковке у торгового центра, где мужчина делал покупки, его задержали оперативники и обнаружили в его кошельке пакет с кокаином. Сейчас коммерсанта обвиняют в контрабанде наркотиков, он находится под подпиской о невыезде.

— Это похоже на донос.

— Ну да, полуанонимный. Непонятно кто кинул записку в ящик, и нас начали приглашать на допросы. Надеюсь, благодаря публичности эта история быстро закончится и мы сможем спокойно заниматься своим делом.

— У вас есть версии, кто мог быть автором записки и с какой целью ее написали?

— Никаких версий нет. У нас прекрасный партнер, который управляет этой пиццерией в Медведково. Это талантливый предприниматель, который заработал свои деньги с нуля (раньше он занимался IT-бизнесом). Интеллигентнейший человек, который так же, как и я, шокирован происходящим.

— Есть ли у вас какие-то связи в Латинской Америке?

— Я никогда не был в Латинской Америке. С удовольствием бы там побывал, но пока не довелось. Поэтому я не понимаю, откуда это взялось в заявлении. У нас есть пиццерии в мире — в США, Великобритании, Китае, — но в Латинской Америке пока нет.

— На чем вы остановились в полиции?

— Я и мой партнёр проходим по делу как свидетели. С учетом всего, мы с моим адвокатом провели сегодня на допросе примерно 2,5 часа — дали показания и сейчас планируем написать на неустановленное лицо-анонимщицу заявление о клевете.

— Вы будете пытаться связаться с ней лично, раз вам удалось узнать адрес ее электронной почты?

— Сотрудники мне уже написали, что это фейковая почта. Кто-то даже уже зарегистрировался на этот адрес.

— Какие у вас до этого были отношения с правоохранительными органами?

— Да никаких — только пиццу им доставляли.

— Ни давления, ни вымогательства?

— Не было ничего такого. У нас децентрализованный бизнес — это 200 предпринимателей в городах России, многие из которых заложили квартиры, чтобы открыть свое дело. У нас никогда не было никаких проблем.

— Перед уходом вы оставили следователю свою книгу. Что вы хотели этим сказать?

— Да просто оставил, потому что человек работает в системе и было видно, что она сама чувствует абсурдность ситуации. Хотел, чтобы она глубже поняла, что у нас за компания, чтобы как-то смягчить [отношение]. Никакого негатива по отношению к человеку, который это исполняет, у меня нет. Собственно, наши дальнейшие действия — ждать, что будет. Мы решили, что это должно быть публичной историей. Будем писать заявление на некую неустановленную гражданку Пронину, которой, может быть, не существует, — что это клевета.

— Как с вами общались следователи?

— Мне показалось, что у следователя было два главных пойнта: во-первых, показать связь с пиццерией «Медведково» — и некую связь с партнером. Нас спрашивали, когда мы познакомились, где, при каких обстоятельствах, насколько часто общаемся и т. д.

— Вы сами написали, что статус свидетеля легко изменить на подозреваемого и в лучшем случае оставить вас на свободе под подпиской о невыезде. Вы не думали уехать за границу, чтобы переждать такой вариант развития событий в безопасном месте?

— Я никуда не планирую уезжать при любых обстоятельствах. Нам нечего скрывать. Я верю, что добро победит, — ну потому что это полный абсурд. Я уверен, что в МВД есть куча адекватных людей, которые понимают, что это полный бред и его нужно как можно быстрее закончить, чтобы прекратить этот позор.

— Казалось бы, отдельные люди понимают абсурдность ситуации, но в системе правосудия часты несправедливые приговоры. Вас это не пугает?

— Нет. Я верю в правду — потому что мы делали бизнес с нуля, никогда ничего не нарушали, полностью были прозрачны и открыты. Нам нечего скрывать, и я уверен, что все будет хорошо.

UPD. По данным The Bell, заявление в ФСБ на Федора Овчинникова могла написать франчайзи «Додо пиццы» в Люберцах. Как выяснило издание, у пиццерии, открытой по франшизе в этом районе, есть соучредитель, чьи фамилия и инициалы совпадают с автором заявления, – Пронина Екатерина Викторовна.

По данным СПАРК, которые приводит издание, Пронина является совладелицей ООО «Витаголд», зарегистрированного в Люберцах. По этому же адресу находится одна из пиццерий «Додо». «Совладелец «Витаголд» Вячеслав Прокудин подтвердил, что является франчайзи «Додо Пиццы», но отвечать на вопросы о Екатерине Прониной отказался», — пишет The Bell.

Александр Железников

управляющий партнер коллегии адвокатов «Железников и партнеры»

Что должен делать бизнесмен, если стал свидетелем по уголовному делу? Звонить адвокату. Все остальное — забота защитника, который должен организовать соответствующее взаимодействие с полицией и объяснить, что его подзащитный не имеет никакого отношения к найденным наркотикам. А закладки могут быть везде. Все взаимодействие с полицией должно происходить при участии адвоката.

Огласка в этом случае, как правило, помогает. Контроль общественности — это один из инструментов, который может помочь дисциплинировать следствие и суд. Впрочем, как именно это повлияет на полицию, предсказывать трудно: это волюнтаристически построенный уголовный процесс, так что полицию огласка может и сдерживать, и подстегивать к обвинительному уклону.

Что касается встречного иска о клевете против анонимного заявителя — вряд ли его действия посчитают клеветой. Если по анонимному заявлению были найдены наркотики, какая же это клевета? Такое заявление даже не рассмотрят.

Могут ли свидетелей переквалифицировать в подозреваемые? Вряд ли. Легко доказать, что к пиццерии имели доступ десятки людей и кто угодно мог положить, оставить и забрать закладку. Если это будет доказано, скорее всего, они не будут обвинены.

Читайте Inc. в Telegram!

incrussia.ru


Смотрите также